В 22 года у Насти из Петербурга диагностировали вирусный энцефаломиелит. Она потеряла чувствительность ниже пояса, не могла ходить, правая рука еле слушалась. Её отец — эндоваскулярный нейрохирург. Он выбрал для дочери не операцию, а метод чрескожной стимуляции спинного мозга (ЧЭССМ). Сегодня Настя сама одевается, пересаживается, а в реабилитационном центре учится стоять без поддержки. И верит, что однажды вернётся в медицинский университет.
Всё случилось резко. Температура, слабость, а потом — реанимация. Настя не помнит первые дни: оглушение, двоение в глазах, спутанная речь. Перестали работать ноги, правая рука еле шевелилась, пальцы не слушались.
Очнулась — и первая мысль была не о болезни, а об учёбе.
— Я думала, что это быстро пройдёт, и я выйду в институт на пары. Мне надо будет писать конспекты. Поэтому я сразу начала писать прописи — заново учиться держать ручку.
Настя училась в медицинском. Мечтала стать неврологом или нейрохирургом, как папа.
Но реальность оказалась жёстче: ниже пояса — полная потеря чувствительности. Ноги не слушаются, правая рука восстанавливается медленно.
Очнулась — и первая мысль была не о болезни, а об учёбе.
— Я думала, что это быстро пройдёт, и я выйду в институт на пары. Мне надо будет писать конспекты. Поэтому я сразу начала писать прописи — заново учиться держать ручку.
Настя училась в медицинском. Мечтала стать неврологом или нейрохирургом, как папа.
Но реальность оказалась жёстче: ниже пояса — полная потеря чувствительности. Ноги не слушаются, правая рука восстанавливается медленно.
Операция или стимуляция
Отец Насти — эндоваскулярный нейрохирург, он хорошо понимает, как работает нервная система и какие технологии могут помочь. Поэтому выбор метода реабилитации был не случайным, а очень продуманным.
Сначала они думали об эпидуральном импланте — это операция.
— Как человек, который учится на врача, я привыкла быть в операционной «по ту сторону». Но когда тебя погружают в наркоз и ты не знаешь, что происходит, — это страшно, — признаётся Настя.
Папа предложил альтернативу: сначала попробовать чрескожную стимуляцию спинного мозга. Неинвазивно, без операций.
— Мы нашли в Питере 40-ю больницу, где делают ЧЭССМ. Я отлежала там месяц. И у меня появилось очень много новых движений. Я стала легче сгибать ноги, поднимать прямые ноги над кроватью. Мы поняли: это открывает огромные горизонты.
Но в Питере спектр стимуляции был ограничен. Папа-нейрохирург сразу понял: этого мало. Нужен полный набор — спинальная и функциональная стимуляция, чтобы дать организму максимальный импульс.
Сначала они думали об эпидуральном импланте — это операция.
— Как человек, который учится на врача, я привыкла быть в операционной «по ту сторону». Но когда тебя погружают в наркоз и ты не знаешь, что происходит, — это страшно, — признаётся Настя.
Папа предложил альтернативу: сначала попробовать чрескожную стимуляцию спинного мозга. Неинвазивно, без операций.
— Мы нашли в Питере 40-ю больницу, где делают ЧЭССМ. Я отлежала там месяц. И у меня появилось очень много новых движений. Я стала легче сгибать ноги, поднимать прямые ноги над кроватью. Мы поняли: это открывает огромные горизонты.
Но в Питере спектр стимуляции был ограничен. Папа-нейрохирург сразу понял: этого мало. Нужен полный набор — спинальная и функциональная стимуляция, чтобы дать организму максимальный импульс.
Центр, где начались изменения
Отец Насти случайно узнал о Лечебно-реабилитационном центр в Москве, когда забирал дочь из медицинского центра неподалеку. Увидел оборудование, методы, команду — и сразу понял: здесь есть всё.
— Он сказал: это идеально! И через месяц мы приехали сюда. Сейчас я уже второй раз здесь.
Настя занимается на «БиоКин-ЭС», на «НеоСтим-5» (стимуляция спинного мозга), на «НеоСтим-16» (функциональная стимуляция мышц). Ходит в подвесной системе по дорожке — это так называемая ходьба с разгрузкой: специальные тросы поддерживают тело, снимая часть веса с ног, чтобы было легче делать шаги. Также делает упражнения на вертикальное стояние — учится держать тело без фиксации коленей.
— Я попробовала ходить на дорожке с разгрузкой — и у меня получилось выпрямить ноги и сделать несколько шагов. Я не ожидала. Это было удивительно.
— Он сказал: это идеально! И через месяц мы приехали сюда. Сейчас я уже второй раз здесь.
Настя занимается на «БиоКин-ЭС», на «НеоСтим-5» (стимуляция спинного мозга), на «НеоСтим-16» (функциональная стимуляция мышц). Ходит в подвесной системе по дорожке — это так называемая ходьба с разгрузкой: специальные тросы поддерживают тело, снимая часть веса с ног, чтобы было легче делать шаги. Также делает упражнения на вертикальное стояние — учится держать тело без фиксации коленей.
— Я попробовала ходить на дорожке с разгрузкой — и у меня получилось выпрямить ноги и сделать несколько шагов. Я не ожидала. Это было удивительно.
Стимуляция ускоряет восстановление
Настя чётко ощущает разницу:
— Без стимуляции движение надо отрабатывать очень долго. А со стимуляцией намного быстрее. Как будто оно доходит до организма моментально. Стимуляция помогает понять, что надо делать.
Саму стимуляцию Настя описывает так: Ощущения странные - немного жжёт спину и отдаёт в ноги — мышцы начинают вибрировать, будто они сами включаются в работу. После получаса ходьбы с ЧЭССМ усталость такая, словно занималась целый день.
После первого курса в ЛРЦ Настя обрела новое движение: она может ползти назад — отодвигать ногу задней группой мышц и ягодицами, а не поясницей. Это значит, что включились те мышцы, которые раньше не отвечали на команды мозга.
— Без стимуляции движение надо отрабатывать очень долго. А со стимуляцией намного быстрее. Как будто оно доходит до организма моментально. Стимуляция помогает понять, что надо делать.
Саму стимуляцию Настя описывает так: Ощущения странные - немного жжёт спину и отдаёт в ноги — мышцы начинают вибрировать, будто они сами включаются в работу. После получаса ходьбы с ЧЭССМ усталость такая, словно занималась целый день.
После первого курса в ЛРЦ Настя обрела новое движение: она может ползти назад — отодвигать ногу задней группой мышц и ягодицами, а не поясницей. Это значит, что включились те мышцы, которые раньше не отвечали на команды мозга.
Самостоятельность возвращается
В быту Настя уже самостоятельна: пересаживается, одевается, решает свои гигиенические вопросы — это она освоила быстро. Не хотела никого нагружать.
А ещё у неё на коляске — розовая подушка под поясницу, а сбоку наклеены сердечки. Такая юная, трогательная, но с железной волей.
— Я знала свою жизнь наперёд: учёба, ординатура, работа. А тут всё резко изменилось. Это ощущение несвободы — самое тяжёлое.
Она очень скучает по медицинскому университету. Но в нём нет заочного отделения, а очно сейчас не получается.
— Пока я полностью сосредоточена на реабилитации. Учёба на паузе.
А ещё у неё на коляске — розовая подушка под поясницу, а сбоку наклеены сердечки. Такая юная, трогательная, но с железной волей.
— Я знала свою жизнь наперёд: учёба, ординатура, работа. А тут всё резко изменилось. Это ощущение несвободы — самое тяжёлое.
Она очень скучает по медицинскому университету. Но в нём нет заочного отделения, а очно сейчас не получается.
— Пока я полностью сосредоточена на реабилитации. Учёба на паузе.
Шаг за шагом к мечтам и планам
— Научиться стоять, чтобы ноги сами держали. Чтобы не нужно было фиксировать колени. Это откроет дорогу к ходьбе.
Настя уже тренирует вертикальное стояние с «НеоСтим-16» и верит — всё получится.
— Надежда никогда не пропадала.
Настя — будущий врач, который сам оказался на месте пациента. И она не сдаётся. Рядом — папа, нейрохирург, человек, который каждый день спасает чужие жизни. Он выбрал для своей дочери не чудо, не рискованную операцию, а метод, созданный российскими учёными: чрескожную стимуляцию спинного мозга. Без скальпеля, без имплантатов — просто электрические импульсы, которые будят спящие нейронные сети.
Он доверил самое дорогое профессионалам ЛРЦ и технологии КОСИМА.
Настя прошла большой путь: от полной беспомощности до самостоятельности в быту, от первых шагов в подвесной системе до осознанной работы над каждым движением. Ей нужно больше — возможность заниматься каждый день, не уезжая из дома, не тратя время на дорогу.
— Вот бы такой аппарат был дома, — с надеждой говорит Настя. — Папа был бы счастлив, я бы занималась без перерыва. Не нужно было бы никуда ездить.
Мы верим: когда-нибудь аппараты для ЧЭССМ для домашней реабилитации появятся в каждом доме, где есть человек с двигательными нарушениями. А Настя обязательно встанет на ноги и вернётся в университет.
Настя уже тренирует вертикальное стояние с «НеоСтим-16» и верит — всё получится.
— Надежда никогда не пропадала.
Настя — будущий врач, который сам оказался на месте пациента. И она не сдаётся. Рядом — папа, нейрохирург, человек, который каждый день спасает чужие жизни. Он выбрал для своей дочери не чудо, не рискованную операцию, а метод, созданный российскими учёными: чрескожную стимуляцию спинного мозга. Без скальпеля, без имплантатов — просто электрические импульсы, которые будят спящие нейронные сети.
Он доверил самое дорогое профессионалам ЛРЦ и технологии КОСИМА.
Настя прошла большой путь: от полной беспомощности до самостоятельности в быту, от первых шагов в подвесной системе до осознанной работы над каждым движением. Ей нужно больше — возможность заниматься каждый день, не уезжая из дома, не тратя время на дорогу.
— Вот бы такой аппарат был дома, — с надеждой говорит Настя. — Папа был бы счастлив, я бы занималась без перерыва. Не нужно было бы никуда ездить.
Мы верим: когда-нибудь аппараты для ЧЭССМ для домашней реабилитации появятся в каждом доме, где есть человек с двигательными нарушениями. А Настя обязательно встанет на ноги и вернётся в университет.