В 29 лет Сафар нырнул и сломал шею. Врачи выписали его домой — умирать. Родители готовились к худшему. Но через полгода он пришёл в себя и сказал: «Ноги можно заменить колёсами, а руки — нет. Значит, буду возвращать руки любой ценой».
Сегодня Сафар работает, сам себя обслуживает и готовится к главному шагу — жить отдельно от родителей.
Сегодня Сафар работает, сам себя обслуживает и готовится к главному шагу — жить отдельно от родителей.
«Очнулся через полгода»: как началась реабилитация после травмы спинного мозга
— Нырнул, сломал шею. Всё, — Сафар произносит это так, будто рассказывает, как вчера сходил в магазин. Ему 34. Он — в инвалидной коляске. Но голос, смех, манера говорить — будто и не было ничего.
А было вот что.
Лето 2020 года. Неудачный прыжок в воду. Перелом шейного отдела позвоночника — С5-С6. Реанимация больше месяца. Потом врачи сказали родителям: «Забирайте домой доживать».
Первые два с половиной года руки просто висели. Он не мог ни побриться, ни поесть без слюнявчика. Мама одевала его с ног до головы. Папа помогал лечь в кровать. Врачи не давали надежды.
— Ноги можно заменить колёсами, а руки ничем. Поэтому руки — самое важное.
Так началась его реабилитация. Не с чуда, а с упрямства.
В Москве в Лечебно-реабилитационном центре Минздрава России Сафару предложили тренажёр, которого он раньше не видел. Назывался комплекс «БиоКин-ЭС».
— Мне очень понравилось. Смотришь на экран, а там видео — словно плывёшь на катамаране. Ноги двигаются в пассивном режиме — за них работу делает тренажёр, а руки я двигаю сам. И стимуляция спинного мозга идёт одновременно. Ты сам контролируешь: хочешь — толкаешь слабее, хочешь — сильнее.
Первый курс был тяжёлым. Сафар работал руками на тренажере — и уже через 2–3 минуты руки просто отказывали. «Всё, не могу больше».
На втором курсе он уже работал с утяжелением по 15 минут.
— Чувствуешь, как мышцы напрягаются, забиваются, устают. Но это правильная усталость. Значит — работает.
А было вот что.
Лето 2020 года. Неудачный прыжок в воду. Перелом шейного отдела позвоночника — С5-С6. Реанимация больше месяца. Потом врачи сказали родителям: «Забирайте домой доживать».
Первые два с половиной года руки просто висели. Он не мог ни побриться, ни поесть без слюнявчика. Мама одевала его с ног до головы. Папа помогал лечь в кровать. Врачи не давали надежды.
— Ноги можно заменить колёсами, а руки ничем. Поэтому руки — самое важное.
Так началась его реабилитация. Не с чуда, а с упрямства.
В Москве в Лечебно-реабилитационном центре Минздрава России Сафару предложили тренажёр, которого он раньше не видел. Назывался комплекс «БиоКин-ЭС».
— Мне очень понравилось. Смотришь на экран, а там видео — словно плывёшь на катамаране. Ноги двигаются в пассивном режиме — за них работу делает тренажёр, а руки я двигаю сам. И стимуляция спинного мозга идёт одновременно. Ты сам контролируешь: хочешь — толкаешь слабее, хочешь — сильнее.
Первый курс был тяжёлым. Сафар работал руками на тренажере — и уже через 2–3 минуты руки просто отказывали. «Всё, не могу больше».
На втором курсе он уже работал с утяжелением по 15 минут.
— Чувствуешь, как мышцы напрягаются, забиваются, устают. Но это правильная усталость. Значит — работает.
Маленькие победы, которых я сам не замечаю
Самое интересное начинается дома, после курса.
— Я не всегда вижу прогресс. А братишка приезжает раз в полгода и говорит: «О, это ты уже лучше делаешь. А это раньше не мог».
Вот что научился делать Сафар после нескольких курсов Чрескожной стимуляции спинного мозга.
Бриться, чистить зубы, разогревать еду. Банальные вещи, которые три года назад были недоступны. А сегодня это обычное утро.
Ставить катетер. Этому пришлось учиться отдельно. Теперь родители могут уйти на весь день и Сафар спокойно остаётся один. Это называется свобода.
Одевать футболку без чужой помощи. Раньше надо было сзади поправлять — сейчас опирается рукой о диван, наклоняется, и футболка сама становится ровно. Мелочь? А для Сафара это большой шаг.
Пылесосить. Фиксирует руку в перчатке — и едет по ковру. Раньше не получалось. Теперь — пожалуйста.
— Я не всегда вижу прогресс. А братишка приезжает раз в полгода и говорит: «О, это ты уже лучше делаешь. А это раньше не мог».
Вот что научился делать Сафар после нескольких курсов Чрескожной стимуляции спинного мозга.
Бриться, чистить зубы, разогревать еду. Банальные вещи, которые три года назад были недоступны. А сегодня это обычное утро.
Ставить катетер. Этому пришлось учиться отдельно. Теперь родители могут уйти на весь день и Сафар спокойно остаётся один. Это называется свобода.
Одевать футболку без чужой помощи. Раньше надо было сзади поправлять — сейчас опирается рукой о диван, наклоняется, и футболка сама становится ровно. Мелочь? А для Сафара это большой шаг.
Пылесосить. Фиксирует руку в перчатке — и едет по ковру. Раньше не получалось. Теперь — пожалуйста.
Работа, карьера, своё дело
Руки не работали, ноги не ходили — какая уж тут работа? Но Сафар взял и нашёл. Сначала оператором на телефоне в доставке «Купер». А два месяца назад получил повышение — перешёл в техподдержку. Теперь работает за компьютером, ведёт переписку со штатом курьеров, разбирает финансовые вопросы: зарплаты, штрафы, перерасчёты.
— Если бы три года назад мне сказали, что я буду работать, я бы не поверил. А сейчас меня не устраивает то, что есть. Хочется больше.
Сафар начал собирать браслеты из мелких бусин — для восстановления моторики пальцев. Завёл страничку в соцсетях, понемногу пошли продажи. Потом взялся вязать пледы на заказ. Удивительно, как его реабилитация превратилась в маленький бизнес.
— Если бы три года назад мне сказали, что я буду работать, я бы не поверил. А сейчас меня не устраивает то, что есть. Хочется больше.
Сафар начал собирать браслеты из мелких бусин — для восстановления моторики пальцев. Завёл страничку в соцсетях, понемногу пошли продажи. Потом взялся вязать пледы на заказ. Удивительно, как его реабилитация превратилась в маленький бизнес.
Сафар строит карьеру, развивает своё дело. Пробует, рискует, ищет себя.
Разрушая стереотипы о коляске
Работа и свой маленький бизнес - это еще не всё. Сафар ходит в кофейню рядом с домом — пить клюквенный чай. Он ездит на футбол с друзьями.
— Многие думают: если человек в коляске, значит, он должен дома сидеть. Не понимают, что просто ноги не работают, а всё остальное — работает.
У Сафара — полноценная жизнь. Со своими радостями, планами, расставаниями. В этом году он расстался с девушкой. Как это бывает у многих.
И знаете, что она ему сказала на прощание?
«Мне стыдно жаловаться на свои мелочи, когда я смотрю на тебя. Ты меня мотивируешь. Ты показал мне, что жизнь можно жить иначе — смелее».
Сафар ответил: «Пользуйся».
— Многие думают: если человек в коляске, значит, он должен дома сидеть. Не понимают, что просто ноги не работают, а всё остальное — работает.
У Сафара — полноценная жизнь. Со своими радостями, планами, расставаниями. В этом году он расстался с девушкой. Как это бывает у многих.
И знаете, что она ему сказала на прощание?
«Мне стыдно жаловаться на свои мелочи, когда я смотрю на тебя. Ты меня мотивируешь. Ты показал мне, что жизнь можно жить иначе — смелее».
Сафар ответил: «Пользуйся».
Меня не устраивает то, что есть
У Сафара есть две главные цели.
Первая — научиться пересаживаться из кровати в коляску полностью самому. Сейчас он может лечь в кровать, но без посторонней помощи обратно не сядет.
— Если я это сделаю, жить станет в разы проще. Не надо будет ждать, пока кто-то придёт.
Вторая — уехать в Крым и пожить отдельно от родителей.
— Родители не вечны. Нужно пробовать жить самому, пока есть те, кто подстрахует. Пусть пальцы не работают идеально — но можно же приспособиться. Я же научился печатать на клавиатуре своими кривыми пальцами. Научился подпись ставить. Два года учился элементарной подписи — и научился.
Значит, и остальное получится.
Первая — научиться пересаживаться из кровати в коляску полностью самому. Сейчас он может лечь в кровать, но без посторонней помощи обратно не сядет.
— Если я это сделаю, жить станет в разы проще. Не надо будет ждать, пока кто-то придёт.
Вторая — уехать в Крым и пожить отдельно от родителей.
— Родители не вечны. Нужно пробовать жить самому, пока есть те, кто подстрахует. Пусть пальцы не работают идеально — но можно же приспособиться. Я же научился печатать на клавиатуре своими кривыми пальцами. Научился подпись ставить. Два года учился элементарной подписи — и научился.
Значит, и остальное получится.