Николаю 22. Он жил на Алтае, мечтал о дальних плаваниях, готовился стать капитаном. С 12 лет играл в баскетбол — спорт был его второй жизнью. А потом нырнул в озеро и очнулся парализованным. Год реабилитации, три курса стимуляции спинного мозга — и он уже уверенно сидит. Как ЧЭССМ помогает возвращать ощущения и какая теперь у Николая новая жизнь — в его истории.
Большие планы
Николай закончил речной техникум на помощника капитана, поступил на морское отделение в Новосибирске. Ещё во время учёбы работал на речных судах, водил корабли с опасными грузами по Оби и Иртышу.
— Случалось всякое: шторма, мели, сильный ветер, — вспоминает Николай, — иногда из-за качки мы едва не падали за борт.
Но это не пугало — он любил реку. И спорт. Баскетбол пришёл в его жизнь в 12 лет — и остался надолго. Николай играл за город на хорошем уровне. Казалось, всё идёт по плану: учеба, работа, спорт. Впереди — карьера капитана, новые рейсы, новые горизонты. Николай приближался к своей мечте: пройти родной Алтай от края до края.
Жизнь не раз проверяла его на прочность. Николай любил скорость, борьбу и риск. Но самое страшное испытание и самая тяжелая работа были впереди.
— Случалось всякое: шторма, мели, сильный ветер, — вспоминает Николай, — иногда из-за качки мы едва не падали за борт.
Но это не пугало — он любил реку. И спорт. Баскетбол пришёл в его жизнь в 12 лет — и остался надолго. Николай играл за город на хорошем уровне. Казалось, всё идёт по плану: учеба, работа, спорт. Впереди — карьера капитана, новые рейсы, новые горизонты. Николай приближался к своей мечте: пройти родной Алтай от края до края.
Жизнь не раз проверяла его на прочность. Николай любил скорость, борьбу и риск. Но самое страшное испытание и самая тяжелая работа были впереди.
Всё изменилось за миг
Лето, озеро, друзья. Накануне всё было замечательно — отмечали окончание учёбы в колледже. Утром Николай пошёл купаться.
— Я нырнул — и больше ничего не помню. Ни удара, ни момента травмы.
Он очнулся в воде. Под ним была вода — Николай всплыл вверх спиной. Не мог пошевелиться, не мог позвать на помощь. Друзья увидели его, вытащили на берег и стали откачивать.
— Нас учили этому на корабле, это было частью подготовки, поэтому ребята знали, что делать.
Приехала скорая. В больнице сделали МРТ — перелом шейных позвонков С5-С6 и ушиб спинного мозга. Срочная операция: поставили металлоконструкцию, скрепляющую позвонки. Неделя в реанимации на ИВЛ. Потом трахеостома — трубка в горло для дыхания. Две недели высокой температуры, бронхит, пневмония.
— Антибиотики вливали литрами, температура не спадала. Было страшно — я не чувствовал тела ниже груди. Только мог поднимать плечи и сгибать локти.
Обычный летний день стал точкой невозврата. Один нырок — и всё, что строил Николай, все планы, все мечты разбились.
— Я нырнул — и больше ничего не помню. Ни удара, ни момента травмы.
Он очнулся в воде. Под ним была вода — Николай всплыл вверх спиной. Не мог пошевелиться, не мог позвать на помощь. Друзья увидели его, вытащили на берег и стали откачивать.
— Нас учили этому на корабле, это было частью подготовки, поэтому ребята знали, что делать.
Приехала скорая. В больнице сделали МРТ — перелом шейных позвонков С5-С6 и ушиб спинного мозга. Срочная операция: поставили металлоконструкцию, скрепляющую позвонки. Неделя в реанимации на ИВЛ. Потом трахеостома — трубка в горло для дыхания. Две недели высокой температуры, бронхит, пневмония.
— Антибиотики вливали литрами, температура не спадала. Было страшно — я не чувствовал тела ниже груди. Только мог поднимать плечи и сгибать локти.
Обычный летний день стал точкой невозврата. Один нырок — и всё, что строил Николай, все планы, все мечты разбились.
Учиться жить заново
Первые дни были самыми тяжелыми: Николай только лежал — ни сесть, ни приподняться. Когда состояние стабилизировалось, его отправили в реабилитационный центр в Барнауле.
— Стоило меня посадить, давление падало, я терял сознание, — вспоминает Коля.
В центре учили самому простому: сидеть, держать ложку, пить из чашки. Дома мама и брат продолжили тренировки — высаживали его каждый день, помогали держать спину. Сначала было тяжело, но постепенно давление перестало падать. Тело привыкало к вертикальному положению.
— Стоило меня посадить, давление падало, я терял сознание, — вспоминает Коля.
В центре учили самому простому: сидеть, держать ложку, пить из чашки. Дома мама и брат продолжили тренировки — высаживали его каждый день, помогали держать спину. Сначала было тяжело, но постепенно давление перестало падать. Тело привыкало к вертикальному положению.
— Если не заниматься каждый день — эффекта не будет, — говорит Николай. — Как в спорте: пропускаешь тренировки — теряешь форму. Только здесь всё намного сложнее.
Каждый раз, когда он мог просидеть чуть дольше, чем вчера, — это был прогресс: медленный и тяжёлый. Впереди еще много работы.
Каждый раз, когда он мог просидеть чуть дольше, чем вчера, — это был прогресс: медленный и тяжёлый. Впереди еще много работы.
Как ускорить результат
После нескольких курсов в Барнауле и домашних тренировок Николай приехал в Москву, в Лечебно-реабилитационный центр. Здесь ему назначили занятия на «БиоКин-ЭС» и «НеоСтим» — аппаратах компании КОСИМА для чрескожной стимуляции спинного мозга. Сначала он не знал, чего ждать. Но результат появился быстро.
— В Барнауле я добился определённых успехов за три месяца, — говорит Николай. — А здесь, с ЧЭССМ, за один месяц прогресс был заметнее. Мышцы окрепли, я стал сидеть ровнее, могу наклоняться, поворачиваться, лежа двигаться.
Самое удивительное — он начал чувствовать ноги. Не кожей, а изнутри.
— На «БиоКин-ЭС» у меня ноги гудят потом целый день. Ощущение как после тяжёлой тренировки — до травмы. Мышцы сокращаются, сжимаются — чувствую, как они работают.
Во время процедуры Николай видит, как мышцы отвечают на стимуляцию. Тело помнит, как двигаться. И технология помогает вернуть движения.
— В Барнауле я добился определённых успехов за три месяца, — говорит Николай. — А здесь, с ЧЭССМ, за один месяц прогресс был заметнее. Мышцы окрепли, я стал сидеть ровнее, могу наклоняться, поворачиваться, лежа двигаться.
Самое удивительное — он начал чувствовать ноги. Не кожей, а изнутри.
— На «БиоКин-ЭС» у меня ноги гудят потом целый день. Ощущение как после тяжёлой тренировки — до травмы. Мышцы сокращаются, сжимаются — чувствую, как они работают.
Во время процедуры Николай видит, как мышцы отвечают на стимуляцию. Тело помнит, как двигаться. И технология помогает вернуть движения.
Новая жизнь — новые горизонты
— Я понимаю, что такого, как раньше, уже не будет, — говорит Николай.
Ближайшие годы — это реабилитация. — Если не заниматься каждый день, эффекта не будет, — говорит Николай. А с ЧЭССМ прогресс идёт быстрее.
А потом — новая профессия. Николай уже изучает сферу IT, смотрит в сторону программирования и удалённой работы.
— С компьютером я легко обращаюсь, — говорит он. — Даже пальцы не нужны: сенсорный экран, голосовой ввод. Всё можно делать дистанционно.
Он не знает, сможет ли когда-нибудь ходить. Но он точно знает, что не перестанет пытаться.
Раньше Николай мечтал пройти Алтай от края до края. Теперь покоряет цифровые горизонты — и они безграничны.
Ближайшие годы — это реабилитация. — Если не заниматься каждый день, эффекта не будет, — говорит Николай. А с ЧЭССМ прогресс идёт быстрее.
А потом — новая профессия. Николай уже изучает сферу IT, смотрит в сторону программирования и удалённой работы.
— С компьютером я легко обращаюсь, — говорит он. — Даже пальцы не нужны: сенсорный экран, голосовой ввод. Всё можно делать дистанционно.
Он не знает, сможет ли когда-нибудь ходить. Но он точно знает, что не перестанет пытаться.
Раньше Николай мечтал пройти Алтай от края до края. Теперь покоряет цифровые горизонты — и они безграничны.